Lena Lebedeva-Hooft (lenaswan) wrote,
Lena Lebedeva-Hooft
lenaswan

2706. Под стук колёс. Ч.1. Ранняя.

На самом деле сейчас - под шум ветра, и тут вдруг и под шквал града (бедные мои помидорчики – 8мм градины!)... Но чтение милейших рассказов в одном уютном журнале увело в воспоминания о разных поездных историях. А поездила в разных поездах много и конечно не без приключений. С 8-и наверное и до 42-х почти, хотя что это я привираю – вот на днях тоже поездом, только совсем другим, не российским, на экзамены каталась. То есть 30 лет разъездов и приключений. Интереснее всего для меня поезда общениями – при том что общаться и меня тянет далеко не всегда, да и попутчики бывают такие, с которыми лучше читать, не поднимая взгляда. Но смешные приключения вспоминать очень классно, тем более сейчас – начитавшись про ужос-ужос-ужос какой опыт новой но как будто всю жизнь знакомой (а так ведь пока виртуальной) подруги.

8 лет.
Три мамы решили вывезти дочерей из пыльной летней Москвы к югу и главное фруктам. Молдавия. Где-то берега Днестра под Тирасполем. Тут воспоминания детства отрывочны – белые стены арендованной комнатки, где мамы затирали зубной щеткой следы ежевечерне выбиваемых комаров, дорога к Днестру через помидорные поля (вот оно, нашлось детское ведёрко-то любви к помидорам!).. И поездных 2 фрагмента. Перывй – как мама Лена спрашивает Лену-мелкую, интересовавшуюся и тогда всяко природым – а что из окна поезда видно вот там на поле растёт? – А вот огурцы, к удивлению мамы Лены вернейше отвечает мелкая. И добавляет – вот только не знаю, отсюда не видно – свежие или солёные. Это конечно стало одной из дружеских баек на годы. И обратный путь помню – с какими-то немыслимыми банками-флягами-бидонами с вишневым вареньем (с косточками конечно же) и корзинами опять же помидоров. И ужас едеинственного папы Юры, встречавшего в ночи всю эту женско-девочковую компанию на Киевском вокзале Москвы...

13 лет. Первая школьная экспедиция на Белое море. Поезд 182 пассажирский Москва-Мурманск с остановкой на станции Кандалакша. Отправлением в 18 с небольшим из Москвы и прибытием через две-ночи-один-день чуть раньше 6 утра на весьма прохладную в сравнении с летней Москвой и богатую яростными комарами станцию Кандалакша. Экспедиция школьная называлась «муравьи», да и сейчас так называется – потому что всю провизию тщательно спланированную Валь Иванной и купленную при помощи в том числе и детских хныков в РОНО на одной из продбаз – мы везли в Кандалакшу из Москвы с собой. Из это было от 32 до 46 на моей памяти коробок. Вполне таких немаленьких, скажем 30х40х40 см, пронумерованных и подписанных. 13-15 юннатов под руководством ВальИванны очень как раз по-муравьиному перетаскивали это всё – из машины-в вагон плацкарты – под сидения и наверх, потом из вагона-на-станции-на-перрон (все номера тут, ничего не забыли?), потом с перрона на автобусную остановку первого автобуса №1 до конторы заповедника и на причал... Может быть именно с тех плацкартных поездок, толково организованных Валь Иванной – я и отношусь очень хорошо к поездам. Мы конечно шалили, но у нас всегда были 1-2 гитары и неплохие голоса, мы играли в какие-то полудетские игры типа слов-городов, переписывали друг у друга слова и аккорды песен, читали то что готовили умное для работы в заповеднике... В общем поезда и тогда уже были средством-передвижения-в-процессе-общения.

О, в студенческие годы я наездилась и того интереснее!

16 лет. 1-й курс биохима. Зимние каникулы. Сергей Александрович Полозов (не читаешь ли? Привет!) – молодой зоолог-орнитолог с нашей кафедры, теперь уже давным-давно сваливший в США учить американских студентов тоже биологии и географии ну и жизни, - организует вывоз студенческого кружка в Сюнт-Хасардагский заповедник, на самый юг тогда Туркменской АССР в район Кара-Калы. И сам он там оказывается раньше – а если не ошибаюсь шестерых девиц-студентов (Лялька, Алёна, Лира, Таня, ещё Наташа и мну – вроде шесть) – сопровождает и окучивает мой же сокурсник, но абориген Кара-Калы Стас Бурнашев. О, это пожалуй одни из самых отменных студенческо-поездных воспоминаний. Трое суток в плацкартном вагоне (в Туркмению даже за деньги СНО всё-таки было недешево весьма), богато отапливаемом углём конечно же туркменским проводником. Стас как знаток обычаев и местных этикетов – умно организовал кооперацию с проводником, откомандировав двух девиц помочь помыть-почистить-нарезать-всё для плова. Во-первых и опыт был интересный – порезать не в труд, а вот как он ухитрялся на угольной же топке изгоовить совершенно настоящий вкуснейший плов – это было очень нечто... Но главное – у нас образовался регулярно горячий и наполненный хорошим ароматным зелёным чаем какой-то орнаментальный (большой + с орнаментом) чайник и семь новеньких пиалушек. Бурнашев к концу третьего дня ехидствовал – сколько верблюдов он мог бы сторговать с проводника – а сторговал только чай и первую пробу плова... Но после краткой ночёвки в Ашхабаде – даже не ночевки, помню краткого визита в душ-цивильный-туалет-попить чаю-на-кухне (Оль, кстати на кухне у Переладова в тот год ведь помнится). И потом в следующий поезд, и вот это реально совсем уже песня. Ашхабад-Кызыл-Арват либо сильно ретро-плацкартный, либо просто обычный довоенный сидячий – не помню впечатления от сортира (всё перебивается другими впечатлениями в Кара-Кале ибо там вода с английской солью), но помню совершенно немыслимую пыть из полуоткрытых окон – жара же, но и не закрываются уже, помню пышных неюных туркменских женщин с узлами и чемоданищами, спавших-как-есть-на-деревянных полках без матрасов. Если верно помню – могла бы и яндексом глянуть – но боюсь спугнуть воспоминания – часов 6 или 7. Так что к автобусу (нет, помнится С.А. организовал нам что-то доставочное машинное, автобус был в след.году или всего 1 раз вообще) мы были полны поездной экзотикой ну просто немыслимо как.

17 лет, август после 1 курса. Ну какой активный студент откажется от стройотряда, тем более если птицы в августе с Белого моря уже улетают – и можно двигать собирать помидоры в Астрахань. Это был не просто поезд. Это был настоящий студенческий эшелон – с почему-то прицепленными в конце двумя вагонами с цыганскими семьями. Вы будете смеяться, но Стас и тут был каким-то начальником. Неудивительно – при биохимовской и вообще педагогической нехватке мужиков. И поезд как туда, так и потом обратно – аки студенческий эшелон – шёл вообще вне графика и ну только что не пешком. Туда точно 2,5 дня, обратно стёрлось из-за других событий. Вот Вы будете конечно смеяться – но тогда в этом студенческом эшелоне чай разносили трижды в день и в строго означенное время. Сейчас даже предполагаю – что это было частью сговора. Под разнос чая, примерно за 5-10 минут – когда народ достаёт уложенные родителями в дорогу съестные припасы и раскладывает их на тоже умно взятых из дома салфеточках (да-да, это с 13 лет часть системы выживания в поезде – всё-с-собой) – появляется строй цыганок-с-цыганятами, которые бегут по вагонам с настойчивыми погадаю-позолоти-и-детским-есть-хочу-дай-дай... От гадалок мы научились быстро блокироваться – и ведь даже просто интуитивно приняли решение, потом уже вычитанное в порции суггестивной лингвистики лет 15-20 спустя... С цыганятами было сложнее – они оказались юркими и ловкими и уже через 30-40 минут строем бежали обратно к себе в вагон – с мешками добытого разными способами провианта. Через сутки пути стратегия студентов сменилась – смотри, колбаса почли пропадает (варёная), так, когда они там побегут – положи, пусть гребут. В общем недобрыми мы стали. От регулрности воздействия с сочетании с поездной скукой. А вот обратный путь был совершенно феерическим. Во-первых в конце августа даже вне графика поезд шёл ещё медленнее. Они все в это время переполнены и все вне графика – а тут ещё «спецрейс». Во-вторых мы, обидевшись на жадность колхоза (хотя колечко на память тогда ведь купила – хм, помещается только на мизинец теперь вот) – но мы решили всё что нам недоплачивают везти помидорами. Ой. Опять помидоры. Вот ведь. Ну короче я везла 125 килограммов. Два больших ящика по 50 и пять маленьких по 5. Как и почти все кто мог. Ящиками, советами по выбору-укладке, доставкой студенто-помидоров к поезду как раз толково помог колхоз. В плацкартном вагоне помидорами было заложено всё. Проходы в отсеках тоже были заставлены ящиками, на ящиках лежали матрасы, на них вполне могли комфортно валяться уже трое человек внизу. Ну а верхние полчки были просто для желающих спать. Оставался узкий, сантиметров 40 максимум – проход по одной стороне вагона. Чай мы уже организовывали себе сами, научены были. Проблема была в другом. После 1 месяца стройотряда на уборке помидоров с очень посредственного качества пищей и очень базовыми условиями жизни – практически всех нещадно мучило подобие дизентерии. Потому вагон разбился на 2 группы – одна использовала 1 туалет в одной стороне вагона, вторая – в другой. И выходя их этого пространства, к удивлению всех нас сохраняющего чистоту – можно было садиться в конец очереди на следующий вход. Однажды перед какой-то крупной станцией проводница закрыла естественно всё – и ушла к подруге. И забыла про нас. О, переживания вагона: «Стаааас, ну найди же проводницу или хотя бы ключ или хотя бы способ открыть дверь...» я буду помнить долго. Одно было тогда хорошо – что я бала почти в самом конце очереди... Всё в общем хорошо закончилось, и мы даже потом стырили треугольный ключик который открывает и по сю пору все замки всех поездных дверей. Только юзать его надо аккуратно – чтобы уж не подставлять проводников.

18 лет. Зима. Грузия с Бутьевым. Поезд Москва-Тбилиси. Аааа, в том числе с Вовой Фридманом!!!! И потом с 19-и до 27-и регулярные поездки в очень знаменитом поезде №5 Тегеран-Баку-Москва до станции Самур на самом юге Дагестана. Когда сначала собирался и за пару недель до выезда экспедиции отправлялся багаж в настоящих экспедиционных вьючниках – и товарными вагонами, а потом уже с рюкзаками и оборудованием ехала сама экспедиция... И как дважды багаж тормозит где-то в пути и у нас были «дни солидарности с голодающим в Америке доктором Хайдером»... Но пусть это будет в следующей серии, а я пойду реанимировать явно пострадавший от 8-мм града огород.

Лёш, Костин, ты ведь читаешь? Из Самурских я вспоминаю самый «кайф» про «а вот наш поезд уже ушёл».

Ну что Лен, верно ведь, богатые поездные истории? Это малая часть ;-)


Добавлю фото одной из последних поездок – с Яном на Белое море.

В поезде – просто купили всё купе.


Проводницы и вокзальные псы – увы не помню точно станцию.


На платформе станции Медвежья гора по дороге в Кандалакшу в 2008 году...


У монумента в Петрозаводске.


Это ж для мужа всё экзотика! А для меня - частично память и уроки детства и юности ;-)
Tags: My own history * Лично-мемуарное, Поездки * Travel, Россия * Russia, Фото мои * Photos My Own
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments